Новомученики монастыря

Между революциями, разрушившими за короткий период многовековые устои Русского Государства, произошло великое событие в Русской Православной Церкви. Это событие - открытие Всероссийского Поместного Собора, которое состоялось 15 августа 1917 г. в храме Христа Спасителя и Успенском соборе Кремля. Важнейшим деянием собора явилось восстановление Патриаршества в РПЦ после 200-летнего перерыва. Патриарх был избран 5 ноября 1917 г. В эти великие для Церкви дни в стране разрасталась смута и междоусобная брань. Тогда еще никто не верил, что новая власть советов всерьез и надолго. Не верили в это и сами большевики.

С июня 1918 г. начинается широкое гонение на Церковь: закрытие домашних церквей, опись имущества, закрытие всех духовных заведений. Петроградская Духовная Академия в 1918 г. прекратила свое существование. Вскоре начались и массовые аресты, в том числе священников.

Известно, что первыми новомучениками были отец Иоанн Кочуров, замученный в Царском Селе 31 октября 1917 г., отец Петр Скипетров (1 февраля 1918 г.), митрополит Киевский Владимир (25 января 1918 г.), отец Философ Орнатский (октябрь 1918 г.). В Кронштадте в сентябре или октябре 1918 г был расстрелян протоиерей Алексий Ставровский.

В ночь на 17 июля произошло трагическое событие для всего русского народа - был убит Помазанник Божий Император Николай II со всей семьей.

Среди настоятелей монастырей одним из первых погибших мученической смертью был архимандрит Евгений (Трофимов) - настоятель Александро-Свирского монастыря.

Архимандрит Евгений пока не прославлен Русской Православной Церковью. Архивные материалы свидетельствуют о том, что последний архимандрит Александро-Свирского монастыря - один из первых новомучеников, оказавших безбожной власти и политическое сопротивление.

Для того чтобы понять, что в самом деле произошло осенью 1918 г. в Александро-Свирском монастыре, необходимо подробнее остановиться на политической обстановке, которая непосредственно повлияла на ход драматических событий в монастыре.

20 января 1918 г. в Петрограде продолжил свою работу Всероссийский Поместный Собор, на котором прозвучал призыв к верующим защитить православные храмы и святыни от большевиков. В ответ на это среди верующих возникло движение сопротивления. 28 февраля на Поместном Соборе было вынесено определение Святейшего ПатриархаТихона и Священного Синода "О деятельности церковно-административного аппарата в условиях новой государственной власти", в пункте 3 которого (раздел "Организация мирян") было записано: «При всех приходских и не приходских церквах организовать из прихожан и богомольцев союзы (коллективы), которые должны защищать святыни и церковное состояние от посягательства». Раздео "о монастырях", Пункт 6: "Настоятели, настоятельницы и братия монастырей, монастырских скитов и подворий организуют союзы (коллективы) из окрестных жителей и постоянных богомольцев обители и всех преданных обители лиц". Раздео "О захвате церковного имущества" Пункт 14: «В случае нападения грабителей и захватчиков на церковное достоинство следует призывать православный народ на защиту церкви, ударяя в набат, рассылая гонцов...»(1*). Союз на основе данного определения был организован и в Александро-Свирском монастыре.

В то время Александро-Свирский монастырь был самым крупным монастырем Петрозаводской и Олонецкой епархии.

Здесь проходили епархиальные собрания. Ему подчинялись многие монастыри и пустыни края, отсюда иноки посылались в новые обители епархии для пополнения монашеских общин. Это был богатый монастырь с большими земельными наделами и денежными вкладами в банках.

В.И. Ленин был убежден, что с Церковью можно покончить одним ударом - лишив ее собственности. По декрету о земле от 8 ноября 1917 г. Церковь в целом и приходское духовенство лишались прав собственности на землю. За ним следует декрет о земельных комитетах, по которому все сельскохозяйственные земли, включая все церковные и монастырские, отбирались в руки государства. Этот декрет вышел 17 декабря 1917 г. А 24 декабря 1917 г. появился декрет о передаче всех церковных школ в Комиссариат Просвещения.

Декрет об отделении Церкви от государства был подписан 20 января 1918 г. Это был декрет, действительно удушающий Церковь, так как лишал ее всего имущества, движимого и недвижимого. Однако постановление наркома юстиции «О порядке проведения в жизнь декрета об отделении церкви от государства и школ от церкви» вышел только 30 августа 1918 г. Примечательно, что именно на этот день, тяжелый для Церкви, выпали три заметных драматических события и для новой богоборческой власти: в этот день был убит Моисей Урицкий - нарком внутренних дел Северной области, председатель ЧК с марта 1918 г.; в этот день совершено покушение на Ленина в Москве и на Зиновьева в Петрограде. Подписи Урицкого и Зиновьева можно видеть на архивных документах, касающихся Александро-Свирского монастыря. Из документов известно, что Ленин также отслеживал ход разрушительных событий, происходящих за стенами Александро-Свирского монастыря. На этом монастыре как бы обыгрывался сценарий по уничтожению монастырей и их святынь. Так, постановление о ликвидации мощей святых - так называемая «ликвидационная кампания» - было принято 14 февраля 1919 г.; постановление об увозе мощей прп. Александра Свирского из монастыря было принято на два месяца раньше, 20 декабря 1918 г. по распоряжению Г.Зиновьева. Конфискация мощей у церкви грозила затруднить её богослужебную деятельность. Ещё первый Карфагенсий Собор определил, что ни один храм не может строиться иначе, как на мощах мучеников. С тех времён и по сей денькаждый православный храм имеет частичку мощей святого, зашитую в антимис (2*), без которого нельзя совершать Божественной Литургии.

Драматические для новой власти события подтолкнули ее к усилению политики красного террора. Учитывая реакцию верующего народа на поругание святынь, Совет народных коммисаров, пытаясь создать законные основания для действий власти, 30 июля 1918 года издал декрет "О набатном звоне", согласно которому "1. Виновные в созыве населения набатным звоном, тревожными гудками, рассылкой гонцов и т.п. способами с контреволюционными целями предаются революционному трибуналу. 2. Соучастники, пособники, подстрекатели (как-то: призывающие устно, письменно или печатно к пользованию означенными в п.1 способом возбуждения тревоги и т.п.) и вообще прикосновенные лица отвечают перед революционным трибуналом наравне с главными виновниками. 3. Покушение на совершение означенного деяния наказуется, как оконченное деяние" (3*). А 5 сентября 1918г. было принято постановлени Совнаркома о т.н. красном терроре, которое на практике трактовалось очень широко и явилось оправданием массы незаконных арестов и убийств. Александро-Свирский монастырь одним из первых в полной мере почувствовал на себе всю тяжесть этой античеловеческой политики.

Хронология событий в Александро-Свирском мужском монастыре
после установления Советской власти на Севере

Власть большевиков установилась на севере (Петрозаводск, Олонец, Лодейное Поле) 05.01.18 г., до этого власть была в руках меньшевиков и эсеров.

6 января новая власть уже была возле мощей прп. Александра Свирского. Спрашивается, какая сила привела их туда, где поклонялись князья, Цари, Императоры, почему к нему - первому, и так быстро - всего через сутки?! Ответ понятен верующему человеку. Ясное дело, что не поклоняться пришли разрушители и сеятели зла, а с непременным желанием сломать, смести, уничтожить, забрать все, что имеет материальную и духовную ценность. С этим намерением они приходили в монастырь шесть раз. Из документов видно, что, начиная с февраля 1918 г., в монастырь отправлялись отряды для описи имущества и хлебных продуктов, взыскания налогов, для расследования деятельности «Союза охраны церквей и часовен», образованного в монастыре. Для расследования деятельности «Союза» в апреле был послан отряд из 50 человек, в задачу которых входил и арест «главарей Союза». Тогда «главари» не были арестованы. Одним из «главарей» был настоятель монастыря архимандрит Евгений.

В начале февраля 1918 г. местным "комитетом бедноты" была произведена опись монастырского имущества, провизии и скота, как написано в трех донесениях из монастыря: Его Преосвященству Епископу Иоанникию (Дьячкову), в Олонецкую Духовную Консисторию и благочинному (4*). Что это было - веяние времени и самочиние крестьян или директива сверху - доподлинно неизвестно, но в «исходящей бумаге» от 6 марта 1918 г., адресованной Его Преосвященству, записано, что опись признано считать недействительной... При этом известно, что монахи ходатайствовали о недопущении реквизиции имущества, и делалось это не без благословения настоятеля архимандрита Евгения. Ниже приведены выписки из переписки Олонецкого Губ. Исполкома в феврале - марте 1919 г. с Народным комиссариатом юстиции по поводу событий в Александро-Свирском монастыре в 1918 г.:

  • «В Александрo-Свирском монастыре монахами ведется антисоветская пропаганда» (5*). 
  • «В марте месяце 1918 г. разъяренная толпа, возбужденная до дикого фанатизма агитацией монахов, устроила крестный ход и избила представителей Уездного Исполкома, делегированных в монастырь для учета имущества» - из объяснительной записки председателя УЧК О. Кантера, посланной им в ВЧК по поводу разгрома монастыря 23-27 октября 1918 г. В той же записке он называет монастырь «злостным очагом контрреволюции». Далее он сообщает, что комиссия и пять красноармейцев, ее сопровождающих, могла подвергнуться грубому самосуду, поэтому убралась, «дабы избежать жестокой расправы» (6*). Несколько позже в документах Олонецкого Губчека сообщается, что на одном из заседаний было принято решение, согласно которому представителям властей необходимо вести себя так, чтобы не раздражать людей и избегать ненужных кровопролитий. Однако 6 августа 1918 г. был издан декрет за подписью Ленина и Бонч-Бруевича «О борьбе с контрреволюцией и саботажем для предания их суду Рев. Трибунала», который развязывал руки большевикам. Настоятель монастыря архимандрит Евгений в документах УЧК значится как «элемент злого пошиба» - так назовут его в феврале-марте 1919 г., оправдываясь за бесчинства, произведенные в Свирском монастыре;
  • 23 марта в монастырь пришло сообщение из землеустроительной комиссии Александро-Свирского сельского общества об отчуждении земель от монастыря;
  • 9 аперля 1918 на заседании уездного Олонецкого исполнительного коммитета было принято решение передать собранные им материалы о Союзе охраны в следственную комиссию "для привлечения к ответственности лиц, призывающих на защиту религии, под флагом коего готовится выступление контрреволюции...", а так же о принятии мер к описи всего имущества, хлебных продуктов и взысканию налога (7*). Для этой цели 16 апреля 1918 Олонецкий уездный исполком поручил военной коллегии отправить в Свирский монастырь отряд числом не менее 50 человек. Кроме того была создана коммисия из пяти человек, цель которой состояла в проведении на месте расследования деятельности Союза, аресте её руководителей, а так же реквизиции хлебных продуктов и взыскании налогов. Этим лицам Олонецкий уездисполком дал неограниченные полномочия при обыске и расследовании в монастыре (8*). Тогда "главари Союза" не были арестованы. Одним из них был настоятель монастыря архимандрит Евгений. В документах уездной ЧК он значится как "элемент злого пошиба" - так назовут его в феврале-марте 1919 года, оправдываясь за бесчинства, произведённые в Свирском монастыре (9*);
  • 16 апреля 1918 г. монастырь просит помощи у Олонецкой Духовной Консистории и благочинного в освобождении от красноармейцев и описи имущества;
  • 8 августа Олонецкий уездный отдел внутренних дел и наружной охраны сообщил о взимании поимущественного налога -35000 рублей;
  • 24 августа отношение Алексеевского областного Совета с просьбой об отводе помещения для штаба Олонецкой пехотной дивизии (10*).

"Прессинг монастыря", как видно из хронологии событий, пошел. Можно представить, какую тревогу вызвали в душе каждого насельника монастыря и особенно настоятеля подобные «сообщения» и «отношенияraquo;. Судя по материалам монастырского «Реестра исходящих бумаг», каких-либо ответных выступлений или резких отказов со стороны монастыря не было.

Летом в монастыре было относительно спокойно. Политические события, происходящие в стране, существенным образом пока не отражались на его жизни. Архивные материалы показывают, что ближайшая к монастырю организация РКП(б), Лодейнопольская, была образована только 20 июня 1918 г., председателем ее был Елиссон (именно по его инициативе в декабре 1918 г. решалась судьба и мощей прп. Александра Свирского; он торопил Зиновьева с решением «александросвирского вопроса» и высылке комиссии «с включением в нее одного советского священника, химика и представителя здравоохранения») (11*).

В Российском Государственном архиве социально-политической истории(бывшем Центральном партийном архиве (РЦАДНИ)) хранятся протоколы олонецкой партийной конференции, в частности, отчет от 2 сентября 1919 г.

Из протоколов: «Территория Олонецкой губернии покрылась многочисленными фронтами, обеспечившими наши партийные ряды». В отчете о деятельности в Олонецкой губернии за 1919 г. сообщается: «Олонецкая губерния - один из тех уголков Советской республики, куда позже всего проникают все революционные введения центров».

В июле 1918 г. в Олонецкой губернии было всего 12 ячеек и 400 коммунистов, в декабре уже 70 ячеек и 800 коммунистов. Как правило, в центр посылались сообщения, имеющие резкое расхождение с действительностью. Это было скорее бравое декларирование «успехов», чем отражение реальности. Вот одно из них: «В июне 1918 г. с приходом организаторских сил наша организация вновь возродилась и окрепла окончательно». В тоже время в протоколах заседаний в Смольном Областного комитета сообщается об уменьшении числа членов партии и качественный ее упадок, то есть «кризис партии».

C 28 июня по 4 июля 1918 года в епархии проходил второй и последний в её истоии съезд духовенства и мирян, вызванный в первую очередь необходимостью переустройства всего церковного управления на новых началах, выработанных на Поместном Соборе. Первоначально его проведение планировалось в Александро-Свирском монастыре, т.к. петрозаводсим горсоветом не было выделенно ни одного помещения для заседаний совета и кроме того, участников съезда (около 120 человек) невозможно было обеспечить продуктами питания, в то время, как в Свирском монастыре делегаты могли находится на полном довольствии монастыря. Съезд всё-таки прошёл в Петрозаводске, в помещении Петропавловского собора. Перед местным духовенством стояла задача разрешения проблем, связанных с положением Церкви в новых условиях, деятельностью приходских советов, ознакомления ч постановлениями Поместного собора. Очевидно, от внимания местных властей не ускользнуло, то что общеепархиальное собрание в голодное время планировалось провести в обители обеспеченной продовольствием, тоесть в Свирском монастыре.

Революционные нововведения насельники Александро-Свирского монастыря особенно остро стали ощущать с первых чисел сентября. 3 сентября 1918 г. на заседании Исполкома Олонецкого уездного Совдепа рассматривалось заявление Председателя квартирной комиссии Мурманской железной дороги об отводе помещения под приют школы для детей служащих Мурманской железной дороги в Александро-Свирском монастыре. Постановили: «Просьбу удовлетворить. Одновременно с этим послать представителя сельскохозяйтвенной секции Совета народного хозяйства с агрономом и техником для осмотра помещений и местности под открытие сельскохозяйственной школы Олонецкого уезда» (12*). Из Епархиального съезда в монастырь пошли многочисленные просьбы из исполкома, военного комиссариата, волостного схода о выдаче им зерна и муки.

Итак, было положено начало плана разорения монастыря. Однако, разрабатывая этот план, власти не могли не учесть такую помеху в осуществлении задуманного, как сопротивление «элемента злого пошиба» - руководителя Союза охраны монастырей и часовен архимандрита Евгения. Его следовало убрать, его «Союз» итак доставлял много беспокойств новой власти начиная с марта 1918 г.

Однако 6 сентября монастырь снова обращается за помощью уже в просветительский «Союз по охране церквей и часовен» Кондушского прихода с просьбой «убрать трех платных милиционеров, ввиду недостатка в продовольствии и больших налогов в Советах 35000 р. и подоходного 5828 р.» (13*)

Политику по отношению к Свирскому монастырю новая власть определила для себя окончательно после постановления наркома юстиции от 30 августа 1918 г. «О порядке проведения в жизнь декрета об отделении церкви от государства», но конкретный шаг был сделан 12 сентября, когда в Олонецкое УЧК поступило секретное предписание Уездного Исполкома «выяснить политическую физиономию «Союза охраны церквей и часовен при Александро-Свирском монастыре», так как по мнению УИК названный Союз является «гнездом контрреволюции, руководимой врагами советской власти - вышеупомянутыми монахами-революционерами». (14*)

Для насельников Александро-Свирского монастыря день 12 сентября на протяжении веков был особо чтимым. Это был день преставления прп. Александра Свирского - устроителя и небесного покровителя монастыря. С 1724 г. этот день стал и днем св. блгв. кн. Александра Невского, чьим именем была названа церковь Александро-Свирского подворья в Санкт-Петербурге. Представляется знаменательным и исполненым духовного смысла то, что именно в день этих двух святых в 1918г. вышеозначенным секретным предписанием определилась судьба монастыря и его насельников. Настоятеля монастыря архимандрита Евгения и настоятеля монастырского подворья иеромонаха Виталия. Но они так и не узнали, что значила для них эта дата тогда, в 1918 году. Для них это был праздник их святых покровителей.

17 сентября - новый зов о помощи (по сути - протест), на этот раз в Исполком Олонецкого уездного совета крестьянских, рабочих и солдатских депутатов: настоятель просит удалить из монастыря 38 красноармейцев, проживающих на монастырском содержании (тогда он еще не знал о готовящейся каре). 19 сентября Отдел народного образования просит предоставить помещение для рабоче-крестьянской школы. 20 сентября - отношение Лодейнопольского Комиссариата по военным делам с просьбой об отпуске 2,5 пудов муки (15*). 23 сентября монастырь вновь выражает свое неудовольствие поведением проживающих здесь красноармейцев, которые копают монастырский картофель, колют дрова на площади и тем, что монахи в донесении называют деликатным словом «неблагоповедение»(16*). Весь этот «монастырский ропот», конечно же, дополнил представление властей о сильной и «несмиренной» личности настоятеля архимандрита Евгения как о саботажнике.

В материалах РГАСПИ с грифом "Секретно" содержатся протоколы заседаний Петроградского коммитета РКП(б). В частности, там есть резолюция Петроградской конференции и общегородского совещания от 8 сентября 1918 года - послать в Северную область примерно 20000 человек "для учёта урожая в наших губерниях" (17*).Таким образом, еще одно большое нашествие собирателей дани предстояло выдержать монастырю Александра Свирского и всей губернии.

Гром грянул 26 сентября 1918 г., когда в монастырь пришла повестка Олонецкой уездной Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем. Явка настоятеля в названную комиссию в Олонец была назначена на 12 часов дня 29 сентября.

Сведения об архимандрите Евгении и его деятельности как настоятеля Александро-Свирского мужского монастыря

В 1909 г. 27 декабря почил в Александро-Свирском монастыре его настоятель - архимандрит Агафангел. 31 декабря произошли выборы нового настоятеля. На эту должность был выбран казначей иеромонах Евгений. Ниже приводим акт об избрании на освободившуюся вакансию:

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Мы, нижеподписавшиеся, братья первоклассного Александро-Свирского монастыря, после погребения почившего в Бозе отца нашего священноархимандрита Агафангела, собравшись вкупе, пришли к единогласному решению: просить Его Преосвященство Никанора, епископа Олонецкого и Петрозаводского, утвердить и с своей стороны взять на себя труд ходатайствовать о дальнейшем утверждении на освободившуюся вакансию архимандрита нашего - отца казначея сей обители иеромонаха Евгения, в чем и подписуемся» (18*).

Архимандрит Евгений, в миру Ефим Трофимов, родился в 1868 г. в крестьянской семье. В монастырь пришел в 1894 г. в 26 лет. Через три года пострижен в монашество. Проходил послушания привратника, помощника рухольного, зав. Рухольной, письмоводителя. Рукоположен в иеродиакона 24 декабря 1894 г., в иеромонаха - 16 января 1900 г. награжден набедренником 27 января 1901 г., утвержден в должности ризничего монастыря 10 сентября 1901 г., назначен на должность казначея монастыря 21 мая 1901 г. Утвержден в должности благочинного монастыря 11 января 1903 г., награжден наперсным крестом от Синода 6 мая 1906 г.

Удивительное миролюбие и тишина исходила от этого спокойного и красивого человека. Когда знакомишься с архивными материалами и обращаешь внимание на отдельные эпизоды из жизни насельников монастыря во времена настоятельства архимандрита Евгения, то невольно обращаешь внимание на то, как неприятна была архимандриту Евгению малейшая немирность в настроении его пасомых.

Вот как сам архимандрит Евгений писал о своей братии: «В нравственном отношении братия отличалась как внешним благоприличием, скромностью, простотою и воздержанием, выражающими их иноческое настроение, так равно и внутренними качествами, свойственными иноку: нестяжательностью, смирением, уклонением от рассеянности, взаимною друг к другу любовью, за исключением некоторых немногих лиц, еще не утвердившихся в монашеской жизни». И еще: «Монашествующие, впадающие в погрешности и проступки, тщательно настоятелем или старшею братией побуждаемы были к исправлению, но особенных проступков в братии замечено не было».

Ниже приведем слова об отношении в монастыре к богомольцам, написанные рукою архимандрита Евгения: «Ни больницы, ни богадельни при монастыре нет, но в течение года (слова взяты из отчета за 1917 г.) призревались нищие и беднейшие жители сел и городов, странники и богомольцы даже из дальнейших местностей России, все они пользовались бесплатною монастырскою трапезою и помещением в монастырской гостинице от 1 до 3 дней, а некоторые и более. Расход по сему предмету производился из монастырских общих сумм. Положительных правил о призрении бедного люда нет, а делается это по завету основателя обители Преподобного и Богоносного Отца нашего Александра Свирского Чудотворца, заповедавшего кормить всех» (19*).

При монастыре была приходская школа, основанная в 1906 г. Учащиеся дети жили в особых помещениях в Преображенской части монастыря на полном содержании монастыря. Заведующим и попечителем школы состоял настоятель монастыря архимандрит Евгений. Хочется обратить внимание на то, что, согласно послужному списку, архимандрит Евгений окончил сельскую школу, но читая отчеты, написанные его рукой, невольно обращаешь внимание на хороший стиль изложения, грамотность и крупный красивый уверенный почерк - по всему видно, что настоятель легко владел пером.

И в хозяйственном отношении архимандрит Евгений был достойным преемником и продолжателем своего почившего пастыря, архимандрита Агафангела, которому пришлось при заступлении на должность настоятеля поднимать монастырь «с нуля»: было всего девять престарелых монахов, разрушенные здания и порушенное хозяйство. Ко времени его кончины в монастыре было уже 90 насельников, отреставрированные здания, налаженное натуральное хозяйство, действующий кирпичный завод... Архимандрит Евгений существенно приумножил богатство монастыря.